На северных рубежах Тайцзиня, где ветер пахнет железом, гарью и бесконечной тревогой, генерал Ли Шуан привыкла жить так, будто сердце — лишняя роскошь для человека в доспехах. Она командует армией...
На северных рубежах Тайцзиня, где ветер пахнет железом, гарью и бесконечной тревогой, генерал Ли Шуан привыкла жить так, будто сердце — лишняя роскошь для человека в доспехах. Она командует армией...
В Линчэне эпохи роскошных клубов, тёмных сделок и шёпота за плотно закрытыми дверями имя Бай Ло когда-то звучало иначе — как имя девушки из семьи, у которой было будущее, любовь и место в этом...
В одиннадцатый год эпохи Чэнкан империя Дасянь сияет внешним благополучием, но под шелестом придворных одежд и торжественными речами чиновников уже зреет опасная гниль. Князь Динбэй Цзян Сюй,...
Ли Гоува привык к жизни, где справедливость не приходит сама: её приходится выцарапывать из тишины, из чужого равнодушия, из пыльных рабочих будней, в которых у человека без денег и связей почти нет...
Сюй Янь привыкла жить под ярким светом студийных софитов: безупречная ведущая, спокойный голос, выверенная улыбка, образ женщины, которая будто родилась для успеха. Но за этим сияющим фасадом...
В южном китайском городе начала XXI века, где старые кварталы ещё пахнут сыростью, дешёвым табаком и пылью придорожных лавок, Цуй Е живёт почти незаметной жизнью. Он преподаёт го в местной школе,...
Ся Ву приезжает из столицы в провинциальный Линьцзян будто бы для того, чтобы переждать семейную бурю у бабушки и тёти, сменить школу и начать жизнь в более тихом месте. Но за её спокойным лицом...
В современный Сеул, где боги давно стали похожи на людей, а чудеса прячутся за фасадами дорогих отелей, клиник и небоскрёбов, спускается Хабэк — владыка воды и будущий правитель божественного мира....
Начало истории — тихий, шумный и по-своему бесконечный мир Цветочной улицы в городе Хунхуай, где жизнь людей течёт рядом с Великим каналом так же упрямо, как вода помнит старые берега. Здесь...
В Лояне, древнем Шэньду, где дворцовые ворота хранят больше тайн, чем ночные переулки, город внезапно охватывает страх: одна за другой гибнут молодые девушки, и каждое убийство кажется не просто...
В неспокойном Китае республиканской эпохи, где блеск городских улиц соседствует с тревожным гулом перемен, сцена становится не просто местом для искусства, а тонкой границей между мечтой и...
Су Цян Вэй привыкла держать себя в руках даже там, где у других дрожали бы пальцы: в операционной, среди резкого света ламп, тревожных мониторов и чужой боли, она была прежде всего врачом —...
В мире «Любви и холода» роскошь не защищает от предательства, а фамильный дом может за одну ночь превратиться в пепелище. Чу Минхуэй когда-то принадлежала к семье, где будущее казалось прочным, как...
Сяо Юэ привыкла относиться к прошлому как к тихому залу музея: экспонаты стоят за стеклом, таблички объясняют их судьбу, а древние имена кажутся далекими и безопасными. Она работает хранительницей...
Ся Ваньван привыкла думать о своей жизни как о дороге, которую за неё давно выбрали другие: бедный дом, жёсткая воля отца, работа на заводе вместо учёбы и мечты, которые постепенно превращаются в...
И Жань привыкла жить так, будто каждый новый день — это маленький экзамен на выносливость. Она хватается за любые подработки, считает деньги до последней монеты, не ждёт подарков от судьбы и слишком...
Юй Чусинь когда-то верила, что ее брак с Чжоу Чумином — тихая гавань, где можно спрятаться от жестокости мира. Их первые дни вместе были наполнены нежностью, обещаниями и той редкой уверенностью, что...
Старшеклассница Ань Чжэньчжэнь живёт в том напряжённом времени, когда до гаокао остаются считаные месяцы, а каждый день похож на испытание: пробные экзамены, тревожные сны, строгие учителя, разговоры...
В Шанхае эпохи ранней Китайской республики, где блеск иностранных концессий соседствует с трущобами, подпольными сделками и страхом перед преступными группировками, полицейский А Лай привык доверять...
Цинь Юйлинь привык быть человеком без права на собственную судьбу: водитель в корпорации «Синъяо», молчаливый исполнитель чужих приказов, он словно растворяется в тени роскошных машин, деловых...