Гао Хаоцзюнь когда-то привык входить в опасность первым: бывший спецназовец и международный эксперт по безопасности, он умел читать угрозу по мельчайшим движениям, просчитывать чужую агрессию и...
Гао Хаоцзюнь когда-то привык входить в опасность первым: бывший спецназовец и международный эксперт по безопасности, он умел читать угрозу по мельчайшим движениям, просчитывать чужую агрессию и...
В 1997 году, когда азиатский финансовый кризис ломает привычные судьбы и стирает с лица земли маленькие семейные надежды, юный Гук-хи вместе с родителями покидает Южную Корею и отправляется в Боготу...
Со Дон-чжэ давно привык жить под чужим приговором. Для одних он всё ещё тот самый «проспонсированный» прокурор, человек с прошлым, которое пахнет сделками за закрытыми дверями, услужливыми улыбками и...
В уезд Янцюань, где пыль от шахт оседает не только на дорогах, но и на человеческих совестях, из провинциального управления переводят молодого полицейского Хань Чжэнфэя. Он привык верить в закон как...
Ян Цзысян привык жить так, будто его собственная судьба давно подписана чужой рукой: он наследник влиятельной семьи, «третье поколение» большого бизнеса, человек, от которого ждут послушания,...
Камурочо в этой истории — не просто район ночных вывесок, тесных переулков и подпольных сделок, а живая пасть, в которую однажды попадают те, кто слишком рано захотел свободы. В 1995 году Кадзума...
Ян, тайваньский сотрудник крупной компании, приезжает в Японию по переводу и быстро понимает: новая страна не стала для него началом свободной жизни, а лишь сменила декорации его усталости. Он хорошо...
Ночной Каннам в этой истории живёт двойной жизнью: днём он сверкает стеклом, деньгами и безупречной вежливостью, а после заката открывает двери в клубы, закрытые бары и комнаты, где исчезают люди,...
Китай, годы антияпонской войны. Над Чаншей сгущается не только дым будущих сражений, но и куда более опасный туман лжи: японская разведка готовит многолетнюю операцию, призванную расчистить путь к...
Конец 1970-х и бурные 1980-е в Южной Корее становятся для Ли Ду Хака, О Чон Шин и Чхве Чоль Уна временем, когда юность слишком рано сталкивается с жестокими правилами взрослого мира. Ду Хак — сын...
Ли Хан Шин когда-то был адвокатом и хорошо знал, как устроена юридическая машина: где она скрипит от перегруза, где притворяется слепой, а где услужливо открывает дверцу тем, у кого достаточно денег,...
Хан Ён Су привыкла играть роль обычной матери так тщательно, будто от этого зависит не только её спокойствие, но и сама возможность жить дальше. Вместе с тихим, неловким, но бесконечно преданным Пэк...
В эпоху Чосон, где имя человека весит больше его сердца, а происхождение может стать приговором, беглая рабыня Гу Док-и учится выживать так, будто каждый новый день — это украденная у судьбы...
В Биньцзяне, где стеклянные фасады деловых кварталов соседствуют с глухими переулками, молодой刑警 Вэнь Биньбинь привык идти напролом. Он не похож на безупречного героя полицейских хроник: в нём...
За пыльной вывеской «Камомэ» скрывается обычный на вид букинистический магазин, где старые книги пахнут сыростью, временем и чужими судьбами. Его хозяева, Камо — мрачный и собранный Камономэ Такэси —...
В 2017 году Фок Чи-хо — один из тех полицейских, кто привык идти первым, когда остальные ещё оценивают риск. Во время рейда он получает тяжёлые травмы, спасая товарища, а затем сталкивается с ударом,...
Чан Шэн, опытный сержант участка при станции Хуачэн, привык держаться прямо, даже когда жизнь бьёт сразу с двух сторон. Повышение срывается, многолетний брак с Чжоу Ин трещит по швам, а внутри...
Чон Хэ Сон привык жить там, где у обычного человека дрогнули бы руки: в засаде, под пулями, среди сделок, где цена ошибки измеряется не выговором, а чужими жизнями. Он — один из лучших полевых...
В приграничном уездном городке Кулу песок давно стал частью быта: он скрипит на зубах, забивается в щели домов, ложится серой плёнкой на лица людей и будто стирает границы между правдой и ложью. В...
«Карма» погружает в холодный, нервный мир, где случайность оказывается лишь другим именем вины. В центре истории — шесть людей, на первый взгляд почти не связанных между собой, но каждый из них уже...